Просто или сложно?

Просто или сложноПочему так сложно делать простые движения?!

Очень часто большие дядьки и супердедушки от айкидо в том или ином виде повторяют одну фразу: «Когда вы поймёте, что айкидо — это очень просто, — вы освоите айкидо!» Отсюда ряд вопросов:

  1. Почему айкидо — это просто?
  2. Почему так сложно понять и принять, что айкидо — это просто (или, почему так сложно делать простые движения)?
  3. Почему перечисленные выше движения, являясь, по сути, действительно несложными по жизни, так непросто сделать таковыми на татами или в драке?

Рассуждать буду «самокатом», поэтому порядок вопросов пока проигнорирую.

Итак, что такое простое движение? Думается, то, которое, во-первых, требует минимальных затрат, а во-вторых, запускается в сознании несложным Образом Движения. Какое движение почти не требует усилий? Да естественное, конечно! То, которое получается как бы само по себе. А это может быть либо координационно-простое (один сустав и полторы мышцы), либо сложное, но привычное движение.

С простыми действиями всё более или менее понятно: мало участников => простые Образы Движения => малые затраты => высокая эффективность. (Точность и своевременность пока не разбираю).

С привычными чуть сложнее, но всё же ещё не запредельно. Привычные движения (например, чистка зубов, бритьё, езда на велосипеде или автомобиле) могут быть очень непростыми и требующими приличной согласованности как внутренних, так и внешних «мини-действий». Однако, если я освоил (то есть, сделал своим) этот приём, то Образ Движения в моём сознании, отшлифованный до блеска, цельный, законченный и недырявый, запускается как отдельная подпрограмма, которая работает сама и не требует никаких усилий ни по контролю за исполнением, ни за коррекцией. Оперативка (свободное и доступное сознание) этим Образом практически не занимается, а значит, может быть использована для других целей. С одной стороны, это здорово — я сложное действие выполняю автоматически. С другой стороны, это не слишком хорошее айки, ибо я — автомат. Я не здесь-и-сейчас. Я не согласован с окружающей действительностью, ибо нахожусь в подпрограмме. Гадство не в том, что отточенное действие — плохо; плохо то, что сложное движение, как правило, ещё и протяжённое или в пространстве, или во времени, или и там и сям. А это значит, что, даже если я был абсолютно адекватным ситуации когда запускал это действие в жизнь, то к середине или к завершению его, внешние условия могут измениться на противоположные, а я отреагировать на это не смогу, ибо в данное мгновение я — киборг.

Далее. Почему так непросто делать простые движения? Ведь, согласитесь, нелепое заявление: «сложно делать простое»! Но эта нелепость лишь до поры. Например, до момента выхода на татами, где ты совершенно однозначно начинаешь понимать, что движение, показанное (и сделанное, заметьте!) сэнсэем, действительно очень простое и понятное. Повторить, блин, не получается! Лепишь одну сложность на другую, потом исправляешь третьей, а просто ну никак не получается. И приходишь к пониманию того, что пока не разберёшь причины, измениться не сможешь.

Перефразирую вопрос: «Почему МНЕ так сложно делать простое?»

Простое живёт в своём пространстве — в простом. Простое движение МОЕГО тела запускается МОИМ сознанием посредством простого Образа Движения. Если моё сознание непростое, замусоренное и неупорядоченное, то в нём трудновато хранить (и, соответственно, пользовать) простые Образы. Примерно, как на огромной свалке химических отходов сложно найти место с чистой водой и чистым воздухом. Обратите внимание на слово «чистый». Чистое, как правило, встречается в чистом. И если я — не чист, значит надо чиститься («Айкидо — это мисоги!»).

Резюмирую. Чтобы сделать простое движение, требуется убрать ненужные (хотя бы в данный момент) сложности из сознания. Затем они уйдут и из тела. Занимаемся мисоги, короче. Последовательность действий проста и понятна:

  1. пытаемся совершить простое, а значит, эффективное, действие;
  2. наталкиваемся на собственную кривизну и лепим что-то переусложнённое, т.е. совершаем ошибку;
  3. спокойно наблюдаем за собой, накапливая статистику соответствия типа телесной нелепости типу кривизны сознания;
  4. с какого-то момента это соответствие становится очевидным — это этап осознания ошибки;
  5. Принятие на себя ответственности за ВЫБОР — учиться, а значит, меняться, а значит ИЗ-МЕНЯ-(ня)ТЬ-СЯ. Из меня брать/доставать («нять» или «нимать») самому («ся»). Если Я хочу измениться, это означает требование К СЕБЕ — что-то мешающее В СЕБЕ найти и изъять. Причем, САМОМУ!
  6. Самый сложный этап — убирание, выжигание кривизны, очищение. Мисоги! Здесь не обойтись без методик, основанных на традициях. В частности, на Руси использовали кресение.
  7. Проверка движением.

Согласитесь, что алгоритм не так уж и сложен. Трудность вызывает другое. Как все эти вполне простые принципы из области понимания перевести в область бытия? Как заставить всё это работать? Что всё время мешает мне делать эти самые простые движения в соответствии с этими самыми простыми принципами? Помните — «Гладко было на бумаге, да забыли про овраги»? Позволю себе избитую аналогию: десять заповедей — несложный список, и даже вполне исполнимый (как кажется сразу после прочтения). Большинство верующих людей считает их основополагающими принципами бытия, достойными строгого соблюдения. И многие пытаются. Причём, искренне. Почему же способных на такое почти нет? Почему жизнь вносит такую коррекцию?

Применительно к будо вопрос становится несколько иным. Почему понятные и простые движения так трудно отработать на татами? Усилим и углубим. Почему с блеском отточенные татамишные движения теряют этот самый блеск в обычной драке, превращаясь в натужные и зачастую нелепые действия? Думаю, что ответ на этот вопрос прячется в понимании: что-то такое проявляется в жизни, чего нет на татами. Прикол в том, что ответ также не сложен. Это состояние сознания! В додзё оно одно, на улице — другое, а в подворотне, где тебя бьют — уже третье. Степень «пустотности» сознания уменьшается, оно начинает загаживаться плотностным мусором, основанным на страхах и боли, становится сложным и нетекучим. Затем черёд тела. Оно окостыживается, перестаёт течь, начинает двигаться судорожно и рывками и заслуженно получает в бубен.

Теперь вернусь к вопросу: «Почему айкидо — это просто?»

Айкидо — это путь к согласованности с Миром, к Радости, к Гармонии, к наполненности Жизнью и Движением. Причём, это МОЙ ПУТЬ! Думается мне, что нет, и не может быть Бога вааще, единого и понятного для всех и каждого, такого же айкидо и, даже (да простят меня боги), Добра и Зла. Есть МОЙ БОГ, МОЁ АЙКИДО, МОЁ ДОБРО и МОЁ ЗЛО! И всё это надо искать и найти! Конечно, есть добрые и светлые дядьки и дедушки, могущие и желающие помогать на этом пути, но никто не пройдёт МОЙ ПУТЬ за меня. Мир сложен и жесток, пока живёшь мясом и его хотелками. С момента, когда приходит Знание, что ты, прежде всего, — Душа, многие вещи (для меня, к сожалению, не все) становятся очень простыми и понятными.

Мир прост потому, что справедлив и равновесен! С мечом пришёл — от меча и сдохни! Гадишь на того, кто ниже — лови какашку от того, кто выше! Лечишь слабого — прими клизму от сильного! Кому-то это кажется сложным, жестоким и несправедливым? Помилуйте! Всё предельно ясно и просто. Для понимания. Однако, как мы выяснили чуть выше, всё вышеперечисленное становится достаточно трудным и неподъёмным для воплощения. Когда я стану чище, легче и светлее, моё айкидо станет проще и действеннее, осыплется часть шелухи с моего Мира, и он станет больше, а значит, в него поместится чуть больше Радости и Света.

Для меня это и очень просто, и, одновременно, очень трудно и сложно. А для Вас?


Кучерук Игорь

You May Also Like

+ There are no comments

Add yours