Будо

Айкидо или будо?

Одна из серьёзных проблем современного айкидо – явный уход с будошных позиций. Это заметно всем, кроме самих айкидок. Сей факт, безусловно, печален, однако, наша задача не размазывать сопли вселенской скорби по татами, а искать выход.

Конечно, со стороны, наверно, смотрится очень прикольно, когда айкидошная пешка с четырьмя лычками пытается в своей клеточке решать задачи, которые по плечу лишь айкидошным ферзям. Занятно, что они либо вообще не видят этой проблемы, либо не считают нужным её решать (совсем не хочется думать, что – не могут). Что могу сказать в свою защиту, – «Каждый должен найти своё айкидо!» (слова Ватанабе сихана, между прочим), вот я и ищу. Это раз. Если не задумываться над серьёзной проблемой, будучи лейтенантом, её никогда не решить даже став генералом. Это два. И, наконец, я хочу заниматься тем айкидо, которое мне нравится, а не тем, которое мне авторитетно и авторитарно навязывают. Это три.

Итак, чтобы выйти на свою тропу, желательно иметь представление об уже протоптанных дорожках. Может, кто-то уже нашёл решение, тогда нафига изобретать велосипед? В целом прослеживаются несколько направлений, гордо называющих себя «айкидо»:

1)  Айкикаевское классическое айкидо. Так сказать, правопреемник Основателя и его айкидо. Если осмелиться и сравнить «коэффициент будо» эпохи Уэсибы с нынешним временем, то хочется заплакать. Откуда же такой провал? Где, когда и кем было вытряхнуто будо из айкидошной корзинки?

1.1)      айкикаевские школы заявляющие, что айкидо — это, прежде всего, философия, причём очень высокого полета; боевая составляющая либо не настолько и важна, либо не важна совершенно; основной метод обучения – кихон-ваза и продажа лычек;

1.2)      айкикаевские школы, декларирующие, что айкидо — это будо, но сильно-сильно сложное; сложное настолько, что дабы иметь добротный будошный уровень, надо потратить на его освоение много-много лет; основной метод обучения тот же;

1.3)      школы, созданные сэнсэями с богатым будошным прошлым; будо приветствуется и декларируется, однако основано оно не на айкидошном «движке», а, например, на каратэшном; к методу обучения, описанному выше, добавлены мулечки из боевого прошлого ведущего сэнсэя;

(Бога ради, не подумайте, что я пренебрежительно отношусь к подобному виденью айкидо, как будо. Во-первых, я просто не имею на это права. Во-вторых, я много лет занимался в подобных школах, и моё айкидо помечено похожими родимыми пятнами. Просто, сейчас они кажутся мне всего лишь одной гранью айки, а я слишком голоден, чтобы довольствоваться только ими.)

2)      направления «реального айкидо»; очень добротные школы с точки зрения будо, но, на мой взгляд, выхолостившие мировоззренческую и духовную составляющие айки;

3)      направления спортивного плана; Айкикаем не признаны, но, ведя родословную от учи-дэси Основателя, считают себя в праве называться школами айкидо; в тренировочный процесс встроены спарринги и соревнования (как при этом уйти от узнавания в партнёре ПРОТИВника, я, честно говоря, не знаю);

4)      направления, дающие навыки айки-будо, айки-будзюцу, айки-дзюцу или даже дзю-дзюцу, но называющие себя, почему-то, школами айкидо. Причин, как правило, две. Первая: айкидо — это раскрученный брэнд, достаточно известный и приносящий прибыль. Вторая: многие из этих направлений либо были созданы Основателем как «ранние формы айки», либо изучались им.

Теперь можно поискать и свою тропинку к айки. Как найти будо, не потеряв айки, и как изучать айки, не утратив будо? Именно этот путь для меня является главным, именно его секреты прячутся под иероглифом «ДО».

Если Вы сподобились дочитать до конца статью об укеми, то поймете (а, может, когда-нибудь и разделите) наш взгляд на роль укеми в айкидо. За «айкидо», так сказать, у нас отвечает именно уке! (Эвона, загнул!) А вот тори отвечает за воплощение именно будошной составляющей. Как это должно выглядеть В ИДЕАЛЕ?

До первого касания нет ни тори, ни уке — есть два равновесных айкидоки. (Касание, кстати говоря, может и не быть материальным — плотное намерение пробить атэми в открытую зону работает ничуть не хуже самого удара.) Итак, по результатам реакции партнёров на первое касание и определяется уке и тори. В кихон-ваза этот момент оговорен заранее, но именно это и убивает будо. Внешней свободы в парных ката нет: каждый хорошо знает что, где и когда произойдет. Но, если нет внешней свободы, значит наша задача — нащупать свободу внутреннюю. Как?

Основной метод не нов и уже достаточно затерт словесами: «быть здесь-и-сейчас». Именно его и должен взять на вооружение уке. Трудность в том, что чудовищно сложно заставить себя забыть — где, когда и как тебе будут делать больно. Японцы очень любят использовать для пояснения термин «сёсин» («чистое сердце» или «взгляд ребенка»): несмотря на исполнение движения в тысячный раз, я стараюсь его пережить, как первое. Т.о. уке разучивает свою партию в опере «кихон-ваза», чтобы затем тщательно забыть её и петь, так сказать, экспромтом. Вот этот экспромт и есть зародыш настоящего айки! Тори же старается выполнить все технические действия максимально честно и искренне. Если это удар, то плотный, никак не его имитация; если это удушение или болевой, то до правильной реакции уке; если бросок, то с последующим контролем (дзансин).

У этого непривычного сплава из работы уке и тори есть две режущих кромки: либо истинное будо, либо истинное айкидо. Поясню.

а) Тори бьет и крушит, уке стекает и уворачивается, но продолжает атаку. На выходе — очень гармоничная и честная айкидошная работа, которую по праву можно назвать будо.

б) Если же уке не успевает или не может стекать с атак тори (не хватает текучести), мы наблюдаем классический будошный финал, когда ударный, болевой, удушающий или бросковый технический элемент достиг цели — туше! Вот вам и будо.

Теперь о главной проблеме и, одновременно, главной задаче школы (давайте, чтобы не провоцировать народ на кидание какашками, скажем: «нашей» школы), где изучают айки. Не буду оригинальничать — это УКЕМИ!

Представьте ситуацию любого современного додзе, например, Вашего. Вы-тори и Вы-уке шлифуете в паре технику, скажем, сихо-нагэ, но не так, как привыкли, а так, как описано чуть выше. Тори честно фарширует уке. Сможете ли Вы-уке успешно стечь (не сбежать и не заблокироваться!) с ударов или болевых, проводимых Вами-тори? Без шансов! Для эксперимента возьмите в руки боккэн и пройдите весь рисунок перемещений и ударов, зашитых в сихо-нагэ, ощутите волну на входах и в ударах. Затем перекиньте эти ощущения на работу с партнёром, но без оружия. Теперь, хотя бы примерно, можно представить требуемый и СОПОСТАВИМЫЙ уровень укеми. Это просто жопа!

Могу сказать про себя. Без ложной скромности, считаю свой уровень укеми достаточно добротным на фоне ВСЕХ семинаров и мастер-классов, в которых мне довелось участвовать за двадцать с лишним лет. Примем для моего додзё (там, где я — инструктор) мой тори-уровень за десятку. Так вот, в этом же додзё мой же уке-уровень едва ли дотянет до троечки. А в той школе, где дают айкидо, как будо, средний уровень всех уке должен быть, как минимум, равен среднему уровню всех тори! В реальном же додзё соотношение уке/тори не выше 1/10 (становится понятна фраза Бенедетти сихана о том, что, если бы Вам укеми делал Тамура-сихан, то Ваш прогресс в айкидо был бы запредельным!). И как же быть?

Введем шахматный термин «жертва качества». Для достижения Макро-Цели я иду на Микро-Жертву. На самом деле, никаких Макро и Микро нет — не позволит Закон Равновесия (мне удобнее называть его Законом Айки). Разговор лишь о том, способен ли я пойти на жертву «Ж» для достижения цели «Ц»? При этом закон айки вводит требование: «Ж»=»Ц». Но мы отвлеклись. Я очень-очень хочу достичь равенства «айкидо»=»будо» и готов пойти на жертву, где «Ж»=»Ц». Что же это за жертва? Это договор между тори и уке: тори обязуется использовать будошный арсенал до грани, где текучесть уке ещё способна уравновешивать воздействия тори. Если порог превышен, то уке либо закрывается, либо костенеет, либо травмируется. Понятно, что тори жертвует «коэффициентом будо», причём именно в той пропорции, в которой перекошены уровни среднего уке и среднего тори в данном додзё (1:10). Однако мы стараемся вывести из рассмотрения само понятие жертвы и жертвенности, как кастрирующие будо. Наш любимый принцип — сюгё, а это значит, что любую задачу или помеху на Пути надо использовать как вызов, как обучение себя. Чему может научиться тори, срезая 9/10-ых со своего будо? Мусуби! Чувству партнера! Слабости, наконец! И это — не прикол! Тори должен учиться становиться слабым, даже оставаясь в шкуре сильного. Это наполняет его будо силой айки.

Итак, у нас явно просматриваются два вектора:

1)      Тори открывается навстречу уке, дабы прочувствовать его предельный уровень текучести. После этого старается подвести весь свой инструментарий к этой планке и отработать максимально честно.

2)      Уке сначала разучивает рисунок движения внутри техники или приёма, а затем пытается его «забыть», входя в состояние здесь-и-сейчас. Он — антипод тори, т.е. нигде не пытается использовать силу. А ещё не ломит, не упирается, не тупит и не терпит. Его задача — стекать с атак тори (принимать его силу, ибо уке так и переводится: «принимающий»). Но если мы хотим остаться в пространстве айки, уке обязан атаковать тори на протяжении всего приёма, или, хотя бы, пытаться это делать. Если же он превращается в куклу, в безвольную тряпку («…что воля, что неволя — всё равно…»), то из техники выпадает Движение, остаётся лишь перемещение. А вместе с Движением уходит и будо.

Вот такую простенькую задачку нам и предстоит решать в ближайшие несколько лет (или десятилетий). А Вы её уже решили?


Кучерук Игорь /октябрь 2012 года/